Марина Булыгина, педагог-психолог “Работа психолога с ребенком, признанным нуждающимся в помощи государства”

Булыгина М.Н., педагог-психолог

ГБУ Ресурсный центр семейного устройства

В Москве работа по социальному патронату над детьми, признанными нуждающимися в помощи государства, является одним из приоритетных направлений социальной политики. В Законе г. Москвы от 14 апреля 2010 г. N 12 “Об организации опеки, попечительства и патронажа в городе Москве” прописано, что «дети, нуждающиеся в помощи государства, – дети, еще не лишившиеся родительского попечения, находящиеся в обстановке, представляющей действиями или бездействием родителей (иных законных представителей) угрозу их жизни или здоровью либо препятствующей их нормальному воспитанию и развитию». Основной задачей в этом направлении является сохранение над детьми родительского попечения, профилактика социального сиротства. Наш отдел профилактики социального сиротства и социального патроната работает в данной сфере с начала 2000-х годов. Мы работаем по договорам о социальном патронате над детьми, признанными нуждающимися в помощи государства.

Информация о семьях, где находятся дети, которые могут быть признанными нуждающимися в помощи государства, обычно поступает в отдел опеки и попечительства районного управления социальной защиты населения.

Какие семьи попадают в поле зрения отделов опеки? В любой стране их обычно называют неблагополучными, проблемными, дисфункциональными. Основоположница семейного консультирования В.Сатир в своей книге «Вы и ваша семья» так описывает эти семьи: «В проблемных семьях тела и лица говорят о своем состоянии. Тела либо напряженные и неуклюжие, либо сутулые. Лица угрюмые, печальные и пустые, как маски…  Можно отыскать лишь крошечную долю радости от общения друг с другом или свидетельства дружелюбия между членами такой семьи. Кажется, что эти люди проводят время вместе по принуждению и лишь пытаются переносить друг друга.» (В.Сатир, 2014, с. 21).

На учет в отделы опеки попадают семьи, где, по мнению различных специалистов в области детского развития и воспитания, ребенок подвергается каким-либо формам жестокого обращения (физическое, сексуальное, эмоциональное или психологическое насилие, пренебрежение нуждами и потребностями ребенка) или родители ненадлежащим образом исполняют свои родительские обязанности. В такой семье ребенку живется очень плохо, он может активно протестовать против существующих условий существования или  приспособиться для того, чтобы выжить. Постановлением управления социальной защиты ребенок признается нуждающимся в помощи государства.

Чаще всего, взрослые члены семьи, прежде всего родители, не заинтересованы во вмешательстве внешних структур в их жизнь.  Но они вынуждены идти на взаимодействие со специалистами отдела опеки, а потом и со специалистами уполномоченных организаций.  Родители подписывают договор о социальном патронате над ребенком.

Цели психологической работы с семьей — способствование изменению семейной ситуации, принятию родителями более ответственной родительской позиции, разрешению проблем в межличностном взаимодействии членов семьи, оказание помощи и поддержки ребенку.

Специалисты, работающие по договорам о социальном патронате,  часто сталкиваются с сопротивлением родителей совместной работе по договору о социальном патронате. При разработке индивидуальной программы социального патроната родители привлекаются к обсуждению всех пунктов программы. Однако часто то, что родители участвовали в обсуждении и подписали программу, не означает, что они уже готовы полностью соблюдать договоренности.

Анализируя свой опыт в сфере социального патроната, мы пришли к выводу, что психологическую работу с ребенком и работу с родителями и другими взрослыми членами семьи должны вести разные психологи, соответственно детский и семейный. Фокус психологической работы должен концентрироваться на преодолении негативных стереотипов в межличностных контактах и может осуществляться лишь посредством установления безопасных близких, доверительных, конструктивных отношений со взрослыми в ходе целенаправленного и регулярного взаимодействия.

Для того, чтобы детскому психологу, несмотря на сопротивление родителей, все же оставаться в своей профессиональной позиции, важно идентифицировать себя как того человека, который оказывает помощь прежде всего ребенку, в отношении которого заключен договор о социальном патронате. Здесь, как правило, нет родительского сопротивления работе психолога с ребенком. Часто родители так и говорят: «Со мной не надо работать, это с ним/ней, т. е. ребенком, проблема, с ним/ней и разбирайтесь.».

Майкл Фордхам, ведущий аналитик Британского сообщества аналитической психологии, в своей статье «Успехи младенца. Размышления о взрослении в ранние годы» в журнале «Юнгианский анализ» писал: «…я был весьма удивлен, когда обнаружил, что детские неврозы, расстройства поведения и даже манифестации психотического порядка можно успешно лечить психотерапевтически без того, чтобы сначала добиться изменений в родителях… Благодаря этому открытию я стал размышлять о ребенке не просто как о пассивной единице в семейной системе, а как об отдельном существе, играющем в семье важную роль.» (М.Фордхам, № 1 (28) 2017, с.75).

Цель присутствия психолога в жизни ребенка на время работы по договору о социальном патронате – помочь ему приобрести эмоциональное освобождение, осознание себя, своих чувств, научить выражать конфликтные эмоции, сформировать новые способы поведения, самоконтроля. И дети становятся самыми мотивированными клиентами, ведь, как правило, родители мало или совсем не интересуются своими детьми. В.Сатир так описывает эту ситуацию: “Родители слишком заняты предписаниями, что их ребенок должен делать, а что нет, поэтому им некогда разбираться с тем, что за человек их ребенок.” (В Сатир, 2014, с. 21). Психолог, который приходит раз в неделю и разговаривает с ребенком о нем самом, становится очень значимой фигурой в жизни маленького человека.

При знакомстве психолог рассказывает ребенку о том, кто такой  психолог и какую помощь он может оказать. В самом начале 3-4 сессии уходят на определение, прояснение и формулирование запроса на совместную работу, диагностику эмоционального состояния ребенка, диагностику детско-родительских отношений. Ребенку часто бывает сложно выразить свои чувства в словах, но он многое сообщает в процессе игры – как чувства, о которых он хорошо знает, так и те, которые он не осознает.

Для выявления собственного запроса ребенка на психологическую работу , на наш взгляд, хорошо подходит сказкодиагностика, в ходе которой маленький клиент, сочиняя сказку, при помощи образов получает возможность рассказать о собственных потребностях. Так мы получаем запрос на психологическую помощь. Полученную информацию мы используем для построения всей дальнейшей работы с ребенком. Девочка, у которой в семье постоянно обсуждаются вопросы здоровья, мама занята уходом за тяжело больным дедом, свой запрос сформулировала следующим образом: «хочу, чтобы все мои родные были здоровы».  Свой собственный запрос она не смогла тогда сформулировать, возможно, потому, что находилась в симбиотической связи с мамой, которая не давала ей взрослеть. Она была переведена на надомное обучение, т. к. в школе постоянно устраивала истерики. Психолог работал с девочкой в направлении к ее собственной идентичности, построении границ во взаимодействии с мамой, выработке навыков осознавания и адекватного выражения своих эмоций. 1 сентября 2017 года девочка пошла в обычный класс, а мама вышла на работу. С семьей мы работали 2 года, в октябре заканчивается  срок договора. Мы полагаем, что все хорошо поработали и готовимся к совместному подведению итогов и прощанию с семьей.

Для диагностики эмоционального состояния мы часто применяем проективные методики «Рисунок семьи», «Куст розы», «Вулкан», «Три дерева».

Диагностика детско-родительских отношений проводится в процессе наблюдения за взаимодействием родителей с ребенком, с привлечением проективной методики «Каракули», организации совместной с родителями творческой деятельности.

Конечно же, психолог обсуждает с родителями вопросы, касающиеся  развития их дочери или сына, но только не то, что ребенок доверил в приватных беседах. А если психолог получил от ребенка информацию об угрозе его физическому и психическому здоровью, то он обязан оповестить об этом уполномоченный орган (отдел опеки).

Чем же мы занимаемся во время наших встреч? Мы рисуем, играем, читаем, много разговариваем. Дети 9 лет и старше очень любят получать информацию о их знаке Зодиака, о восточном гороскопе. При чтении гороскопов они очень внимательно слушают, затаив дыхание. А потом  отмечают то, что им подходит, а что нет. Здесь обычно дети много рассказывают о себе, о каких-то конкретных ситуациях в своей жизни, подтверждающих или опровергающих то или иное утверждение из гороскопа.

Мы много играем в настольные игры. Большой популярностью у нас пользуется «Монополия». У девочки 8 лет с проявлениями школьной тревожности, с трудом закончившей 1-й класс, после двух сеансов игры  улучшились математические навыки, сформировался состав числа, который она не смогла усвоить в течение учебного года. Часто у детей дома есть уже настольные игры, но никто из взрослых членов семьи не играет с ними.

Во время игр мы обсуждаем разные ситуации, связанные с необходимостью соблюдать правила. Ситуации проигрыша также дают много поводов поговорить о способах совладания с импульсивными реакциями. Игры с жесткими правилами несут много пользы для формирования таких важных психологических новообразований в детской психике, как  прогностичность своих действий, способность определять свои и чужие границы. У детей, с которыми мы работаем, часто, как следствие социально-педагогической запущенности, проблемы с саморегуляцией и произвольностью,  которые не дают им успешно адаптироваться в школе. Играя, они вынуждены следовать правилам, что постепенно способствует формированию произвольности. Через игру они учатся новым способам выражения чувств и регуляции своего эмоционального состояния.

Социальные игры Гюнтера Хорна «Семейные псикреты» помогают детям углубиться в свой внутренний мир, прислушаться к своим чувствам. Психологу эти игры помогают тем, что колоды рассчитаны на разные возрастные категории. Есть колода для детей 4-5 лет. Например, в этой колоде есть карточка с утверждением: «Я стесняюсь попроситься в туалет». Дети, посещающие детский сад, часто говорят: «Это обо мне». Любой взрослый, включенный в общение с ребенком, сможет увидеть ситуации, вызывающие у ребенка реакции обеспокоенности и тревожности. И здесь обязательно нужно поговорить с ребенком об этом, дать ему инструкцию, как вести себя в той или иной ситуации.

«Семейные псикреты», рассчитанные на более старший возраст, выявляют проблемы в принятии себя, в общении со сверстниками, в отношениях с родителями, сиблингами и другими членами семьи. Получаемая возможность обсудить карточки с утверждениями  позволяет ребенку эмоционально расслабиться, поделиться своими переживаниями. В результате он получает поддержку значимого взрослого, много узнает о способах коммуникаций, которые способствуют построению здорового взаимодействия с близкими и друзьями, построению психологических границ.

В течение последнего года мы работали с многодетной семьей. Особенностью этой семьи было то, что все  ее члены  были очень разобщены. Как-то раз мы наблюдали, как мама выдает детям тарелки с едой и они уходят в свои комнаты. Мы подумали, что это из-за нашего присутствия дети вынуждены обедать не в кухне. Мы сказали маме, что дети могут обедать, как обычно, за обеденным столом. Но родители почти хором ответили, что у них так принято, дети едят в своих комнатах. Мама пояснила: «У них там их телефоны, в которые они играют». Папа добавил: «А то они, если тут все соберутся (детей в семье четверо), такой шум устраивают».  Даже младший ребенок, девочка 3-х лет, обедала одна в родительской спальне, где стоял ее маленький столик со стульчиком. Во время принятия пищи она смотрела телевизор.

С детьми-школьниками из этой семьи мы работали на то, чтобы они стали более дружелюбными по отношению друг к другу. Мы с ними играли в «Лепешку» – игру, которая способствует  развитию умения общаться (договариваться, отстаивать свои права, уступать, извиняться), распознавать свои чувства и чувства партнеров по игре. Игра помогает участникам осознать и проработать тему границ, учит справляться с агрессией социально приемлемым способом (выражение агрессии предусмотрено правилами, но ограничено временем и рамками игры). Потом нам дети рассказали, что на Новый год папа купил «Русскую рулетку». Для нас это было знаком того, что папе стало интересно общаться с детьми и он решил  разнообразить семейный досуг.

Практически во всех семьях, с которыми мы работаем, родители не читали  своим детям сказки, когда те были маленькими. Как-то раз мы уговаривали одну маму читать своей 13-летней дочери книжки на ночь. В ответ на наши уговоры мама только повторяла: «Она не будет слушать, ее интересует только телефон». Сама мама жаловалась на то, что дочь не проявляет к ней теплые чувства. Маме пришлось пообещать нам, что она попробует почитать дочери. Как оказалось, девочку не интересовал телефон, ей было очень дорого внимание матери, общение с мамой доставляло ей большую радость.

Мы много общаемся с детьми через сказочные образы, читаем много сказок. Нам очень помогает книга Хухлаевых О.В. и О.Е. «Лабиринт души. Терапевтические сказки». Дети от 3-х до 15-ти лет с одинаковым интересом слушают эти незамысловатые сказочные истории, ориентированые на конкретные проблемы, которые очень актуальны для них. Чтение терапевтической сказки и обсуждение ее – это разговор с ребенком о психологических трудностях на его собственном языке.
Такие истории позволяют детям ощутить, что он не одинок, что кто-то может понять и помочь ему найти выход из сложной ситуации.

С детьми мы сочиняем сказочные истории, а потом рисуем наиболее ресурсные моменты в сказке. Сказки собственного сочинения, как правило, наполнены личным содержанием. В своей книге «Практикум по сказкотерапии» Т.Д.Зинкевич-Евстигнеева пишет: «Сказкотерапия — это процесс образования связи между сказочными событиями и поведением в реальной жизни. Это процесс переноса сказочных смыслов в реальность.» (Т.Д.Зинкевич-Евстигнеева, 2015, с. 17).

В работе с детьми игра и воображение — основные методы психологического общения. Шандор Ференци в сборнике «Психоаналитические классические труды» пишет об этом так: «Мы знаем, что детский язык не является таким четким и прямо связанным со значениями, как язык взрослых, особенно когда мы говорим о конфликтах и противоречиях внутреннего мира, переживаниях.» (Ш.Ференци, 2009). Задача психолога состоит в том, чтобы, понимая и говоря на этом детском языке, помогать ребенку преобразовывать его в язык образов, расширяя и укрепляя его внутренний мир.

Результатом нашей работы является не только облегчение эмоционального состояния ребенка, но и интеграция его личности, развитие внутренних структур регуляции и переработки эмоций. Родителям детский психолог помогает лучше понять эмоциональные проблемы ребенка, связать их с семейной ситуацией и постараться прервать патологический круг реагирования. Ведь, как показывает наша практика, ключевая проблема всех семей, с которыми ведется работа по профилактике социального сиротства, заключается в нарушении детско-родительских отношений, нарушении привязанности.

Когда подходит к концу работа по договору о социальном патронате мы с ребенком обсуждаем нашу прожитую совместную жизнь, исследуем, что мы получили от этого, чего нам не хватило, что было полезного, а что было лишнее. Мы говорим ребенку о том, что мы с ним не прощаемся навсегда, что, если у него будет потребность что-то обсудить, он может попросить маму позвонить или сам свяжется с нами. Мы оставляем свои координаты ему. С подростками мы продолжаем общаться в социальных сетях.

В заключение мы хотим сказать только о том, что несмотря на насыщенную работу с ребенком по договору о социальном патронате, самым главным и ценным результатом для нас является б0льшая включенность родителей в жизнь  своего ребенка.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

 

1) Сатир В. Вы и ваша семья. М., 2014.

2) Зинкевич-Евстигнеева Т.Д. Практикум по сказкотерапии. Спб., 2016.

3) Ференци Ш. Психоаналитические классические труды. М., 2009.

4) Фордхам М. Юнгианский анализ № 1 (28). М., 2017.

5)Хухлаева О.В., Хухлаев О.Е. Лабиринт души. Терапевтические сказки. М., 2015.